Глава 4. Ее высокородие Анна Андреевна Михайлова — Часть 18

Но то – еще впереди, а пока Константин Андреевич закончил работу над портретом молодой женщины, своей Анюточки, и после переезда из Мартышкино в город передал любимому племяннику пакет. В нем находился большой окантованный карандашный овальный портрет его матери, сделанный цветными карандашами на грубой серой бумаге. На стекле художник приклеил картонку с надписью: «Женька, не смей расковыривать портрет и вынимать его из-под стекла!» Евгений Сергеевич Михайлов впоследствии вспоминал: «Приятно сделанный, он интересен и тем, что является как бы родоначальником сомовских карандашных портретов. Даря его мне, четырехлетнему мальчишке, дядя, очевидно, хотел, чтобы портрет сохранился в нашей семье. В том же оформлении он висит у меня и сейчас».

1903-й год сложился для Анны Андреевны и Константина Андреевича печально. Зимой, в феврале, арестовали их родственников Валентину Ивановну и Нину Ивановну Сомовых. 13 февраля художник писал Е. Н. Званцевой: «Наши самые близкие и любимые друзья – Валя и Нина Сомовы почти погибли. Они арестованы и вот уже 3-й месяц содержатся изолированно от всех и друг от друга в предварительном заключении. Папа хлопотал у очень влиятельных людей и, увы! Ничего не мог сделать. Они лишились, конечно, места учительниц. Какова их судьба в будущем, неизвестно – должно быть, очень горькая – они попались в очень серьезном деле политической пропаганды. Грустно видеть воочию, как устроен свет. Честные, добрые люди гибнут, и нельзя помочь. Вы, я думаю, не раз слышали от меня об их доброте совершенно исключительной и вместе с тем об их уме, выдающемся среди людей, слывущих за умных…». Валю и Нину Сомовых в ноябре 1903 года осудили и сослали в Архангельскую губернию.

В марте – новое горе. Тяжело, септическим эндокардитом, заболел брат Саша. Болезнь протекала бурно, и 19 мая в 11 часов 30 минут вечера, проболев 3 месяца, старший брат, Александр Андреевич Сомов, скончался. Великое горе постигло всю семью. Анюта и Костя потеряли самого дорогого им человека на свете.

Январь нового 1904 года начался для России печально. Манифестом царя объявлено о войне с Японией. Старшая дочь саратовского губернатора Столыпина спросила отца, почему не видно того воодушевления народных масс, что описано в истории государства Российского при объявлении войны с французами в 1812 году. «Как может мужик идти радостно в бой, защищая какую-то арендованную землю в неведомых ему краях!» – последовал ответ будущего премьера России.

Георгий Зуев.
«Петербургская Коломна»

Похожие записи:

  • No Related Posts