Мариан Перетяткович — Часть 13

Однако существеннейшее расхождение творчества Перетятковича с идеями классика тоже нельзя не отметить... Леду добивался выразительности архитектуры путем подбора объемов, группировки масс, контрастов, которые дает тень. Он презирал скульптурные изображения лиры на театральных зданиях и атрибутов Меркурия на торговых. Перетяткович, напротив, чрезвычайно увлекался подобной эмблематикой. Сооружения, в которых это проявилось наиболее зримо, как раз и определили репутацию зодчего. Возникнув в центре Петербурга, они сразу привлекли внимание неоднозначностью облика.

Они привлекают внимание до сих пор... Действительно, если наиболее значительное творение Перетятковича уничтожено, а наиболее гармоничное остается в Петербурге наименее замечаемым, то что стало визитной карточкой зодчего?.. Словно огромный корабль на приколе, темнеет на углу Невского и улицы Гоголя здание Аэрофлота, известное его автору как доходный дом и торговый банк Вавельберга (1910—1912).Создавая его, Перетяткович не стремился к археологически достоверному повторению хрестоматийных образцов.

Однако и в том, что достиг впечатления оригинального архитектурного образа, уверен не был. Иначе не стал бы убеждать публику в том, что не задавался целью дать буквальную копию Палаццо дожей. Тем не менее дом Вавельберга о венецианском шедевре бесспорно напоминает.

Сходство — налицо: массивная верхняя часть фасада парадоксально покоится на ажурных аркадах нижних ярусов. Классическим этот прием стал под небом, где царит Венеция златая... Обаянию Палаццо дожей противостоять невозможно. Солнце лагуны делает его похожим на покрытый златотканой парчой алтарь, который в течение столетий доказывает возможность этого чуда — превращения мечты в реальность архитектуры. Легко понять нашего зодчего, дерзнувшего дать свою вариацию великой архитектурной темы.

И. Е. Гостев

по материалам virtualpetersburg.ru

Похожие записи:

Tags: